mikhailosherov (mikhailosherov) wrote,
mikhailosherov
mikhailosherov

Харьковский танковый. Ситуация, политика, заказы, управление.

Харьковский танковый. Ситуация, политика, заказы, управление.



http://www.mediaport.ua/news/city/85479/zavod_malyisheva_novyiy_direktor__pyatyiy_za_dva_goda

27 декабря 2012

Завод имени Малышева: новый директор – пятый за два года

(Читать дальше ...)

http://rusvesna.su/news/1409346750

30.08.2014

«Идет война, где наши танки?»

Предлагаем Вашему вниманию опубликованное в украинских СМИ интервью с генеральным директором Харьковского завода им.Малышева Вадимом Федосовым, записанное за день до его увольнения:


— Харьков единственный в мире город, где имеется шесть предприятий, способных выпускать военную технику. Но за время АТО крупнейший в стране производитель танков — завод им.Малышева — не получил от МО ни одного заказа. Пока солдаты на передовой молят о подкреплении, на Бронетанковом заводе пылится свыше 500 танков, причем половина из них на ходу.

— Чем вы объясняете, что телефонные террористы постоянно звонят и сообщают о минировании завода им.Малышева?
— Я полагаю, что это происки наших противников, которым не нравится, что здесь может быть развернуто производство бронетанковой техники для украинской армии. Хотя завод в настоящее время производит технику в основном по экспортным контрактам.
— А что делает завод для обеспечения армии?
— Согласно планам Кабмина, в связи с АТО мы должны были быть загружены заказами. Однако, несмотря на то, что в этом году завод вышел на режим максимальной производительности за счет экспортных контрактов, ни одного заказа от Министерства обороны к нам не поступало.
Сейчас у нас есть два заказчика по экспорту азиатско-африканского направления, благодаря которым динамика роста существенно увеличена. В настоящее время по указанию министра МВД мы разрабатываем бронежилеты. Думаю, что получим неплохие изделия. Это обычная броня, но она имеет дифференцированный уровень толщины, облегает тело плотно по геометрии и имеет различного характера термообработку. Это бронежилеты 5-6 класса защиты, которые будут по стоимости не более 1 тыс. долл.
— Чем вы объясняете, что нет ни одного заказа на танки?
— Это связано исключительно с недееспособностью Министерства обороны быстро принимать решения. Минобороны само по себе существенно зарегулировано законодательными актами. Для того, чтобы принять решение, нужно провести кучу мероприятий: начиная от тендеров, заканчивая испытаниями, рассмотрением, анализом.
— Однако идет война и ситуация требует моментального реагирования
— Да, но тут есть нюанс. Война официально не объявлена, а потому упрощающая процедура, к сожалению, действует только в ограниченном сегменте, который не относится к Минобороны. НацГвардия действует по-новому. Решения принимаются быстро и эффективно. Несмотря на бюрократические проволочки, они получают на вооружение технику, чем сохраняют большое количество жизней своих солдат, а Минобороны не проломить.
— Но во время войны это преступно. Как, по вашему мнению, можно изменить ситуацию?
— Наверное, новый министр обороны за короткое время еще не смог разобраться в ситуации, но я полагаю, что всю структуру Министерства обороны Украины нужно менять и переформатировать заново.
— За счет каких ресурсов можно увеличить количество бронетехники в зоне АТО?
— Количественный показатель является важным, но не ключевым. Армии не нужны сейчас такие дорогие танки как «Оплот». Необходимо провести очень быструю, дешевую, объемную модернизацию и восстановление бронетехники. Речь идет о танке Т-64, который у нас в достаточном количестве находится в парке. Но опять же главную роль играет профессионализм экипажа, взвода, роты, батальона, которые могут действовать совместно. У нас же уровень разложения армии достиг апогея, что мы сейчас и наблюдаем.

— Насколько я знаю, на Бронетанковом заводе стоят танки, которые можно было бы в ближайшее время отправить на передовую.
— Да, там стоит почти 500 единиц бронетехники
. Из них достаточно быстро может быть восстановлено до половины. Причем в базовые сроки за 3 недели, а при должном финансировании и работе в три смены — еще быстрее.

Здесь есть другой момент. Машины мы можем выпустить в большом количестве, но кто ими будет управлять? Для примера, во время войны немцы готовили свои экипажи около полугода. Причем до этого они уже повоевали, их пересаживали на «Тигры» и только после 6 месяцев обучения отправляли на фронт.
Завод им. Малышева сейчас может поставлять технику на войну. У нас есть для этого возможности, технические средства, специалисты. Не хватает только воли руководящего звена, которое бы сказало: «Надо!»
— Все, кто сейчас на передовой, в один голос говорят, что бронетехники в зоне АТО реально не хватает. Кто или что мешает должным образом обеспечить армию?
— Не хватает исправной техники. Вообще же ее достаточно, но она требует ремонта. Нет готовой техники к применению. Причина в том, что миролюбивая политика Украины дошла до того, что были программы сокращения бронетанковых сил до 400 единиц. В Израиле на вооружении 2700 танков, а у нас была ориентация на Великобританию, где приблизительно столько же, как у нас. В соответствии с этим шла система обеспечения.
Особый удар по вооруженным силам был нанесен, когда произвели замену советского уклада формирования системного обеспечения танковых войск на систему логистики, которая приближается к западной модели. Мы ушли от российской системы, но не сформулировали собственную. Исчезли полноценные ремонтные роты и батальоны. Они есть, но только на бумаге.
Нет специалистов, технического обеспечения, запчастей, топлива, оборудования. На начальном этапе АТО было сформировано 40 бригад, которые осуществляли восстановление техники. В том числе были они и от завода им. Малышева. Хотя это не наша функция. Сейчас таких бригад уже меньше. Если механик может поменять двигатель, гусеницы, коробку передач с помощью ремонтной роты, то для ремонта блочной системы электроники или оптики, которая находится в башне, нужны профессионалы.
— Каковы сейчас возможности завода?
— В 80-е годы завод был ориентирован в максимальном количестве производства 4200 танков в год в военное время. Сейчас мы можем изготавливать в 50 раз меньше. Машин 200 уровня капитального ремонта и модернизации вполне в состоянии делать. Уже с IV квартала эту программу можем запускать. Если дадут много денег, то начнем хоть завтра. Если бы производили танк Т-64 с нуля, то он бы стоил 1,5 млн. долл, а сейчас его продажная цена 300 тыс.долл.
— Какие новые разработки сейчас ведутся предприятием?
— Т-64 БВ можно существенно улучшить за очень небольшие деньги. Танк «Оплот» стоит в 15 раз дороже Т-64, а эффективность его выше всего в 2 раза. Сегодня в Украине мы создали танки, близкие к условиям Второй мировой войны, не глядя на то, что сейчас система радиоэлектроники и оптики ушла далеко вперед. Раньше ориентация была на встречный бой.
В зонах войн малой интенсивности или ведения локальных боевых действий в населенных пунктах, такое вооружение танка не отвечает тактической целесообразности. Мы не можем ударить по верхним этажам, а верхняя полусфера является зоной поражения для обычной противотанковой гранаты. Поэтому мы устанавливаем новый вид динамической защиты, бортовое бронирование, конструктивно меняем машину. Вместо пулемета устанавливаем более серьезные вещи.
— Что сейчас у вас с экспортом?
— Количество заказов на экспорт постоянно увеличивается. Иногда их больше, чем мы можем удовлетворить в 6-8 раз. После 2008 года резко вырос рынок. Системно работаем с Пакистаном, Китаем.
— Значит, деньги должны быть?
— К нам доходят не все деньги. «Укрспецэкспорт» забирает в среднем 25-27% , иногда до 45%. Для того, чтобы выполнить тот объем работ, который предлагается по этим контрактам, нам нужно увеличить количество рабочих в десять раз. Сейчас на заводе трудится 2700 человек. У нас нет такого уровня специалистов, оборудования. Износ основных средств производства 94%, тогда как в СССР завод ликвидировали или отправляли на реструктуризацию при 65%. У нас из 16,5 тыс. станков 11,5 тыс. полностью не годятся.


Мы имеем план реструктуризации. Для этого нам надо уменьшиться в 4,5 раза. За счет реализации ненужных активов мы могли бы вбросить все это в основное производство, закупить новое оборудование, уменьшить затратность, перейти на другие системы энергосбережения. Но нам этого не позволяют. Все обрастает длительными юридическо-бюрократическими проволочками.
— Последний раз люди получали зарплату за май. С чем это связано?
— С тем, что политика государственного концерна «Укроборонпром» в 2014 году по сравнению с 2013-м сильно изменилась. Если в прошлом году, понимая наше тяжелое положение, «Укроборонпром» представил кредит суммарно на 116 млн. грн. с возвратом, что в сухом остатке составило для нас 83 млн. грн, то в 2014 году нам не только не дали кредитов, но и еще в мае забрали 23 млн.грн. Якобы, что мы должны за прошлый год. У нас системно не финансируется предприятие.
— Складывается впечатление, что кому-то специально выгодно, чтобы крупнейший танковый завод в Украине перестал существовать?
— Россия уже в 2012 году поставила крест на предприятии, и никто не ожидал, что мы снова начнем выпускать танки. Поэтому, скажем так, проблема составляющая может иметь здесь место.
— Насколько пророссийски настроены сотрудники предприятия?
— 22% людей, работающих на заводе, имеют базовое российское гражданство
. Они переселились сюда в конце 80-х-начало 90-х годов. Значительная часть этих людей настроены сепаратистски.
Они думают, что, если войдет сюда российская армия, то ситуация улучшится. Но все будет с точностью наоборот. Мы с Россией в танковом секторе является жесткими конкурентами. Поэтому завод им. Малышева им не нужен, и они его просто закроют. Мы им сильно мешаем. Все попытки наладить сотрудничество с Россией, начиная с 2005 года, оказались тщетными. Нам не удалось ни продать, ни купить ни одной гайки. Поверьте, мы незримо ощущаем присутствие тут российских спецслужб.
— Как вы оцениваете возможность полномасштабного вторжения российских войск на территорию Украины?
— Все зависит от психологического состояния президента России. Для того, чтобы провести операцию эффективно, они должны сконцентрировать не 50 тыс. человек, а минимум 600 тыс. Эта группировка позволила бы им пройти не дальше Полтавы. Хотя Харьков взять, наверное, смогли бы. Но у нас не Грузия и не Чечня. Здесь им будут противостоять, в том числе, и русские. Путина в этом случае ждет интенсивная партизанская война. Также будет снята планка ограничений со стороны западной помощи, и мы получим высокотехнологическое оружие. Кремль должен не забывать — мы не банановая республика. У нас серьезное, хотя и сильно подорванное ВПК, а Россия уязвима. Так что мы будем сражаться, и, в конечном счете, победим!"


Добавить этот блог в друзья






Фейсбук

Твиттер
Tags: Украина, армия, война, гражданская война, кризис, оружие, промышленность, танки
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author